среда, 23 мая 2018 г.

Заявление Юлии Скрипаль (видео)


Это видео агентства Рейтер с заявлением Юлии Скрипаль —




©Подготовка публикации ©А.Аничкин/Тетрадки.
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

четверг, 17 мая 2018 г.

Оля.



17 мая — международный день борьбы с гомофобией



Сегодня, 17 мая, отмечается международный день борьбы с гомофобией. Тетрадки предлагают читателям рассказ Екатерины Мишиной, связанный с темой. Без комментариев и понтификаций. Просто чтобы подумать.

Промозглым мартовским днем моя подружка Оля, вернувшись домой из школы, распахнула окно, встала на подоконник и вышла из этой жизни навсегда. В июле ей должно было исполниться 17 лет. Она заканчивала 10 класс, шла на золотую медаль, собиралась поступать в институт иностранных языков.

Когда это случилось, нам сказали, что произошла трагическая случайность: Оля хотела помыть окно, залезла на подоконник и оступилась.

Мы – это Олины одноклассницы Танька и Даша, и я, учившаяся в другой школе на класс младше. От услышанного мы были в таком шоке, что даже не вспомнили о том, что в любви к мытью окон маленькая хрупкая Оля замечена не была. 

Похороны Оли я не забуду никогда не только потому, что это были первые похороны в моей жизни. В 15 лет хоронить ровесницу настолько страшно, что это невозможно описать. На кладбище Олина мама, преподаватель чего-то политически важного, рыдая, повторяла: «Зачем, зачем ты это сделала?». 

Прошло несколько лет прежде, чем мы узнали, что произошло на самом деле. Олина мама не хотела нам об этом говорить. Оказывается, Оля вела дневник. В этом дневнике она писала о любви, внезапной, страстной, мучившей ее любви. Любви к ее однокласснице. 

Одноклассница, миниатюрная брюнетка с прической под Мирей Матье, крутила роман с комсоргом класса. Роман внезапно заглох, то ли они поссорились, то ли комсорг отвлёкся на комсомольскую работу, и одноклассница незамедлительно инициировала отношения с Олей. 

Внезапное запретное чувство настолько потрясло Олю. что поначалу она не думала ни о чем, кроме своей любви. Через какое-то время рядом с одноклассницей вновь возник комсорг, и, судя по дневнику, Олю начали одолевать горькие мысли. Мысли об  однокласснице, которая, судя по всему, возобновила отношения с комсоргом, не прекращая при этом отношения с Олей, мысли о маме, преподавателе чего-то политически важного, которая вряд ли бы отнеслась с пониманием к Олиной любви. 

«Я безумно люблю ее. Но я так больше не могу», — вот последнее, что Оля написала в своем дневнике. А дальше было раскрытое окно. 


И на похоронах Оли одноклассница горько рыдала на плече у комсорга.  

PS. Все имена изменены.

©Е.Мишина, подготовка публикации ©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание, чтобы не пропускать её яркие рассказы (достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа). Читайте также "Пролог. (Рождение Мисимы)".  Другие записки смотрите в "Тетрадках" по этикетке (тегу) "Мишина". 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

понедельник, 14 мая 2018 г.

Триллионы в тени


В журнале "Огонек" вышла моя статья о новых законодательных мерах в Англии, направленных против отмывания грязных денег через налоговые гавани. Здесь отрывок из статьи. Полностью читайте на сайте "Огонька"/Коммерсанта.

В британском парламенте в начале мая прошла поправка к закону о санкциях и противодействии отмыванию денег. По замыслу авторов она направлена против коррупционеров и нечистых на руку финансистов, но в первую очередь — против перекачивания российских финансовых ресурсов в лондонский Сити через сомнительные налоговые гавани в заморских территориях Британии

Вокруг поправки много победной риторики. "Большой успех, полный триумф, замечательная победа!" — такими оценками пестрят комментарии. Словно махинации с отмыванием денег уже прекратились и воцарилась полная и окончательная прозрачность. Маргарет Ходж называет этот шаг первым к полному уничтожению "крупнейшей в мире сети закрытых организаций, которыми являются наши заморские территории". "Секретность порождает злоупотребления, коррупцию, уход от налогов, отмывание денег и финансирование террористической деятельности",— говорит она. Откроем реестры и начнем разрушать эту сеть, а нужно-то всего лишь знать, кому что на самом деле принадлежит, подчеркивает Ходж. По словам соавтора поправки Эндрю Митчелла, с грязными деньгами надо поступать как с малярией — ограничить зараженную зону по всему миру и искоренить. 

Между тем при всей потенциальной силе раскрытия имен и названий пользователей налоговых гаваней остается слишком много вопросов и нерешенных технических деталей, чтобы трубить победу. 

Во-первых, привлекательность заморских территорий как тихой заводи и перевалочного пункта для мирового бизнеса в целом и отдельных индивидов в частности остается мощным тормозящим фактором для любой попытки изменить сложившееся положение. "Запарковаться" где-то, где поменьше или вовсе нет налогов, это для бизнеса значит получить дополнительные возможности для развития, привлечения инвестиций. Ну и кое-что оставить для себя, для высшего менеджмента, для жен и детей. Кто же по собственной воле от этого откажется? Насколько это справедливо (деньги-то уходят из правительственных бюджетов, до сих пор поджатых мировым финансовым кризисом конца нулевых годов) — другой вопрос. 

Во-вторых, принятие поправки имеет особое внутрибританское "прочтение": в политическом контексте оценивается как серьезное поражение правительства Терезы Мэй. Оно противилось законопроекту по мере сил, но не оспорило внесение поправки, когда стало окончательно ясно, что в случае голосования потерпит поражение. Почему кабинет Мэй был против и почему не инициировал столь очевидный шаг сам? Эта странная, казалось бы, "мягкотелость" объясняется не столько страхом перед "великим и ужасным" Кремлем, сколько вполне корыстными соображениями. 

Как говорилось на прошедших недавно слушаниях в британском парламенте ("Огонек" подробно писал об этом в N 13 от 9.04.2018), Сити, этот "мотор британской экономики", прямо заинтересован в притоке денег через налоговые гавани. Так что любые меры, ослабляющие привлекательность британских финансовых организаций, какими бы морально оправданными они ни казались, просто-напросто идут вразрез с интересами страны. Именно Лондон тормозит и избегает жесткого давления на финансистов, включая и не совсем чистых на руку: кто же будет резать гуся, несущего золотые яйца? 


©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание, достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа. 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

среда, 9 мая 2018 г.

Стрельба пиздриков* в День Победы.


На майские был в Дубешне. 

Почему-то женщин во всей деревне не было. Зато был классный, только что накапавший первач. На меду. Сидели в маленьком срубе за пасекой, дядя называл его изёбка. 

Изёбка пахла родным — воском, медом, яблоками и овчиной. И еще чем-то чистым как свежевымытый пол.

Было солнечно, тепло и весело.

Мы собирались вволю настреляться. Короткая весенняя охота. Беззаботный май. Беременное лето еще не наступило, и казалось, что никогда не наступит. 

Утки уже пролетели. Токовать толком косачи не слетались. Дяде было обидно. Зря племяш приехал что ли?

— Ладно, как свечеряет пойдем на *пиздрика. 
— На кого, на кого?
— Ну это, на вальдшнепа по-городскому. К бляшкам сейчас близко не подойдешь, пугливые.

Дядя смущенно засмеялся.

— Каким еще бляшкам?

Я было обрадовался.

— Бляшки-барашки. Блякают потому что. Ну, бекасы по науке.
— А-а!

Вечером мы долго шли по полузаросшей дорожине в сторону Гостибиц, потом свернули на Утехи.

За Утехами плотная песчаная дорога кончилась, стало гуще, с обеих сторон подступал молодой, но темный лес. То и дело прямо посреди дорожины вставали большие взлохмаченные кусты.

— Вот, пришли. Становись по ту сторону орешины, а я — здесь.

Уже смеркалось. Небо едва светлело полосатым матрасом. В воздухе повисла липковатая влага.

Скоро сзади, чуть правее послышалось до дрожи знакомое “хорьк! хорьк!” — и тут же увидел встрепанно, неряшливо летящего, с длинными клювом. Выстрелил с получока, взяв чуть перед клювом.

— Сбил? — крикнул дядя Володя. 
— Есть! Хороший!

Потом еще два взял. Один вылетел на Володю, но слева, не под руку — и он смазал.

Небо бурело, “пиздрики” больше не тянули. Пошли домой. Не той, знакомой, с плотным золотистым песком дорогой, а другой, лесной, узкой как тропа. Так прямше будет, объяснил дядя.

— А что ж мы раньше здесь никогда не ходили?
— Не люблю ходить по этой. Нехорошо здесь.
— А что так?

Лес тут расступился, мы замолчали. Вдоль едва угадываемой дороги стояли рядами редкие, всклокоченные деревца, все с тонкими, рахитичными стволами. Между ними — с десяток черных пятен.

— Что это?
— Да яблони. Задичали. Дед утешинский, ты его знаешь, приходил сюда, смотрел за ними. Сейчас ноги не держат, перестал. Больше некому. Пора цвету, а видишь — нет ничего.
— Да нет. Что это чернеется? Что за ямы?
— Избы стояли. Деревня Заборовье. Сгорела. А что осталось — разобрали на лес, на кирпич. Под каждой избой подпол был. Вот это и ямы, они и остались. 
— Как сгорели? Почему?
— Немцы сожгли. В войну. В Загорье партизаны напали на них. После этого деревни вокруг и пожгли. Все. После войны Дубешню, Утехи, Ручьи отстроили, а эту бросили. 
— Почему?
— Некому было. Никто не вернулся.

Из каждой ямы костляво тянулись вверх стебли крапивы, еще какие-то колючки.

Темнота сгущалась, холодная склизкость забиралась под воротник, в рукава. Мы пошли скорее, чуть не бежа, пока не вышли на знакомый уже песчаный проселок. Вот — пригорок, а за ним уже Дубешня. 

Пиздриков быстро выпотрошили и повесили в сенях. Затопили печь и зажарили огромную яичницу с салом и черными сухарями. Первач долго допивали, но майская радостная легкость так и не возвращалась. Все казалось, что ямы те как-то поднялись, пошли-полетели за нами и вот — висят вокруг, заглядывают в окна, покачивают крапивой и репейником.

Дядя Володя снова и снова начинал рассказывать про бабку, которая сгорела заживо в дубешенском доме, и не мог — начинал плакать. Я много раз слышал этот рассказ. Ничего не говорил, только пытался представить ее. Не старой, уже не ходящей, на печи, в валенках, а другой, раньше, девчонкой. 

Валенки — все, что нашли дети, когда вернулись в деревню.

Выпили мы тогда много. Только точно помню, что за Победу ни разу не поднимали.  

Бекасы-барашки блякают (токуют) вот так:



Аудио Владимира Архипова.

©А.Аничкин/Тетрадки. Подписывайтесь на наше издание — достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа). 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

четверг, 3 мая 2018 г.

14+ и альфа-плюс



Бурлаки тянут на Запад.
Илья Репин, х/м., 1870-73,
любимая картина Александра III.


Владислав Сурков, один из архитекторов нынешней московской официальной идеологии, вызвал оживленную дискуссию статьей в журнале "Россия в глобальной политике" (редактор Федор Лукьянов, сайт). 

Сурков в 1200 словах изложил историю московской Руси и ее колебаний между Западом и Востоком. Условными Западом и Востоком, без пояснений, что такого особенно притягательного или неприемлемого тут и там, но главное — напугать, да показать, какие у нас самые березовые березки или самая водочная водка. 


«
14-й год нашего века памятен важными и очень важными свершениями, о которых всем известно и все сказано,— пишет автор. И тут же поправляется, оказывается, не все.— Но важнейшее из тогдашних событий только теперь открывается нам, и медленная, глубинная новость о нем теперь только достигает наших ушей. Событие это – завершение эпического путешествия России на Запад, прекращение многократных и бесплодных попыток стать частью Западной цивилизации, породниться с «хорошей семьей» европейских народов.
»

И квелое русопятство этих идей, и практика агрессивного подавления несогласных с ними хорошо известны. Так что и возвращаться к разбору этого нарратива особенно не хотелось. Тем более, что "Независимая газета" Ремчукова дала ему яркий отлуп. 

«
За антизападной риторикой четко прослеживаются мотивы насаждения в России идеалов азиатчины, которая характеризуется несменяемостью власти, востребованностью личной преданности, непрозрачностью процедур принятия решений и распределения доходов, отсутствием демократических институтов и практик,— пишет в редакционной статье "Независимая".— Апология азиатчины, нежелание извлекать уроки из прошлого, корыстный интерес в нагнетании конфронтации с Западом содержательно носят антинародный характер.
»

Народ все же возвращается к статье "Одиночество полукровки, 14+", продолжая обсасывать самые вкусные косточки из нее.

Вот из последних. На Фейсбуке в группе "Словарь перемен" предложили отметить "альфа-нацию" из статьи. Из этого пассажа: 
«Каким будет предстоящее нам одиночество? Прозябанием бобыля на отшибе? Или счастливым одиночеством лидера, ушедшей в отрыв альфа-нации, перед которой «постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства»?»

Гоголю простительно. Это у него жулик Чичиков на птице-тройке едет. А здесь насчет альфов это как-то чересчур возвышенно получилось. "Одинокий марафонец" какой-то. 

И потом, кроме альфов, бывают же еще и альфа-плюсы. Во всяком случае в "Прекрасном новом мире" Хаксли такая надслойка еще предусмотрена. Бернард Маркс, которого упоминает Сурков, был альфа-плюсом, например. Правда, с уклоном в эпсилонство из-за по ошибке влитой ему в младенчестве водки. 

Чтобы вся нация была альфами, надо будет всю водку за рубеж отправлять. Согласно "процессу Бокановского" у Хаксли бета, гаммам, дельтам и эпсилонам на стадии эмбрионов доливали в колбы спирт. 

Наш двухголовый народ не поймет, опять пойдет Лжедмитрия свергать. 

"Не моём, а мóгем!" Два представителя русских национальностей пробуют друг друга на альфовость. (Сцена из фильма "В бой идут одни старики") —


©А.Аничкин/Тетрадки. 

Подписывайтесь на наше издание, достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа. Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

среда, 2 мая 2018 г.

Наденька и топлесс-рабочие.



Рабочий и колхозница.
Вера Мухина, 1937;
фото 2015 г., автор Ryabikovich8
Духоподъёмный пассаж из книги Бориса Житкова "Виктор Вавич" (текст здесь). 

Борис Житков, друг юности Корнея Чуковского, известен сейчас как автор детских приключенческих романов. Между тем, роман о первой русской революции 1905 года — важнейшее произведение литературы ХХ века. Роман был изъят из продаж вскоре после выхода и вновь был издан лишь в конце 90-х годов. Снова прочно войти в русский культурный обиход ему еще только предстоит.

«

Наденька раньше, когда произносила слово "рабочие", всегда делала после этого слова легкую паузу, как бы вздох. И рабочие ей по всем разговорам и книжкам представлялись вроде тех, которые бывали на барельефах немецких художников – с умными, сосредоточенными, напряженными лицами, все по пояс голые, с тачками. Или с молотом на плече и гордой осанкой, с заграничным лицом. Она никак не могла думать, что те водопроводчики, которые чинили трубы в кухне, и есть рабочие. А если б ей и сказали это, она подумала бы: «Да, но не настоящие». 
»


Спасибо Стивену Додсону.

Советский мультфильм "Почта" по стихотворению Самуила Маршака. Главный герой "Почты" — Борис Житков. Это версия 1964 года. Первая, черно-белая немая, была сделана в 1929 году тем же автором, известным деятелем русского авангарда Михаилом Цехановским. Через несколько лет фильм был озвучен, читал Даниил Хармс! (википедия об этой истории, включает отрывок из фильма 1929 года)



©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание, чтобы не пропускать её яркие рассказы (достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа). 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

понедельник, 30 апреля 2018 г.

A или The? О чести и бесчестии.

(пособие для троллей)


Учите артикли! По ним, вернее по ошибкам с артиклями, вас сразу вычислят кому надо.

Сайт Digital Forensic Lab опубликовал методичку для выявления "русских троллей" в социальных сетях.

Среди основных примет тролля ДФБ называет неспособность правильно употреблять определенные и неопределенные артикли в английском (a или the). В русском обходятся без этого занудства.

ДФБ приводит такой пример из постов аккаунта USA_Gunslinger на Твиттере: #ThingsHillaryWillNeverHave an honor. В данном случае артикль не нужен. С артиклем получается совсем другой смысл, и к тому же не американский, а британский. В британском английском an honour (пишется через -ou-) — это награда, почетное звание, присваиваемое королевой. Очевидно, что "Ганслингер" имел в виду другое — бесчестие ненавистной Хиллари. Такие ошибки выдают тролля с головой.


©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание — достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа.
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...